Обычный язык ослепляет и без того слабое воображение.

Вряд ли какая-то часть чьего-либо поведения касается только его самого.

Как только мы сможем манипулировать нашим геномом на ламарковский манер, скорость изменений будет ошеломляющей.

У настоящего поэта нет выбора материала. Материал явно выбирает его, а не он его.

Бог был умной идеей… Человечество вышло победителем в этом.

Я очень рад, что я не так стар, как чувствую.

Животный мир был взращен в окровавленной колыбели.

Старый лицемер, который жил своей ложью, Лежит здесь так, как будто он не боялся умереть.

Нет, но я бы сделал это, чтобы спасти двух братьев или восемь двоюродных братьев.

Пятьдесят лет назад я казался себе старше, чем предполагали другие люди; теперь я кажусь моложе.